В среду вечером Франция смотрела по телевизору захватывающее состязание. В последнем поединке столкнулись финалисты президентских выборов: действующий президент Николя Саркози и фаворит предвыборной гонки социалист Франсуа Олланд. Второй тур выборов — в воскресенье. За дебатами наблюдали около 20 миллионов зрителей. Передача шла почти три часа без перерыва.

Финальные теледебаты соискателей высшей государственной должности стали традицией во Франции*, хотя кандидаты не обязаны участвовать в них. В 2002 году Жак Ширак, выйдя во второй тур с лидером ультраправых Жан-Мари Ле Пеном, не увидел смысла спорить с ним.

Практика показывает, что теледебаты не сильно меняют рейтинги кандидатов, хотя и могут в последний момент убедить нерешившихся избирателей.

Дебаты «раскрывают» претендента на высший государственный пост, позволяют увидеть его в моменты, когда он сам себя не очень контролирует, сорвать с него помпезную маску.

Организаторы события — частный телеканал TF1 и государственный France 2 — обговорили с командами Саркози и Олланда мельчайшие детали, чтобы, не дай бог, не дать основание кому-то из них пожаловаться на пристрастность телевизионщиков. Долго согласовывали форму, ширину и цвет стола, температуру воздуха в студии (оказалось, что у Саркози и Олланда разные представления о температурном комфорте).

Редакции каналов задали темы (покупательная способность французов, занятость, внешняя политика, госдолг, иммиграция и стиль руководства, как его представляют сами кандидаты). Ведущие держали подопечных в тематических и временных рамках, обрывая затянувшиеся монологи и объявляя следующую тему.

Ведущие снисходительно улыбались, когда гости превращались в задиристых школьников на перемене — ловя друг друга на неудачной фразе, неточной цифре. Время от времени гости вели себя так, будто готовы были растерзать друг друга, не будь разделявшего их стола и двух симпатичных арбитров.

Участники не стеснялись в словах. Вот некоторые цитаты.

Саркози — Олланду:

«Ваши цифры фальшивые»; «мы здесь не на конкурсе анекдотов»; «в вашем стремлении доказать недоказуемое Вы лжете»; «Вы хотите, чтобы было меньше богатых, я хочу, чтобы было меньше бедных»; «господин Олланд не знает Европы»; «Вы произнесли красивую речь, от которой даже прослезились»; «Вы мелкий обманщик»; «я не стал бы брать политических уроков у партии, которая собиралась объединяться вокруг Доминика Строс-Кана».

Олланд — Саркози:

«С Вами все очень просто — Вы никогда ни в чем не виноваты, у Вас всегда есть козел отпущения»; «Вы всегда довольны собой»; «здесь не Вы задаете вопросы и не Вы ставите оценки за это упражнение»; «Вы сейчас добавляете клевету ко лжи»; «я защищаю детей республики, Вы защищаете самых привилегированных граждан»; «не путайте собственную персону с Францией»; «Вы раздали чеки государственной казны самым богатым налогоплательщикам, а я хочу, чтобы самые богатые налогоплательщики внесли свои чеки в государственную казну»…

 Олланд обвинял Саркози в том, что он использует экономический кризис как оправдание невыполненных обещаний. Он напоминал Саркози, что тот несет ответственность за все плохое, что случилось с Францией в последние пять лет.

  Саркози обвинял Олланда в том, что тот раздает обещания, которые в условиях кризиса невозможно выполнить. А сам он, по его словам, за пять лет подтвердил квалификацию конкретными делами и немалого добился.

  Это был не теннисный матч и не конкурс красоты, поэтому неуместно говорить о победителе и побежденном. Мне показалось, что более расслабленный, хотя и менее точный в своих утверждениях Олланд смотрелся лучше на фоне напористого, язвительного и агрессивного Саркози.

Олланд только раз потерял самообладание, когда обвинил команду Саркози в том, что она сравнивала его с некоторыми животными в зоопарке.

Но справедливости ради надо отметить, что время от времени оба кричали друг на друга, как базарные торговки, иногда одновременно, так, что вообще не разобрать слов.

Несмотря на этот внешний базар, дискуссия выдалась содержательной, а участники продемонстрировали чудеса осведомленности. Они владеют материалом и быстро находят убедительный, на их взгляд, аргумент в ответ на очередную издевку оппонента.

Они обговорили очень серьезные темы: видение роли президента и стиля его руководства, варианты выхода Франции и Европы из экономического кризиса, соотношение между жесткой бюджетной экономией и стимулированием экономического роста, финансирование науки и образования, отношение к иммиграции и влиянию ислама, будущее ядерной энергетики, социальную и налоговую политику, вывод войск из Афганистана.

Налицо две позиции, ни одна из которых не истина в последней инстанции.

Французы увидели, что оба персонажа имеют право претендовать на руководство страной. Оба они — личности, интеллектуалы, бойцы. А дальше — вопрос симпатий и политических пристрастий.

* Начало традиции было положено в 1974 году теледискуссией Валери Жискар д’Эстена и Франсуа Миттерана, а сам жанр заимствован французами из Америки, где он родился в сентябре 1960 года. Тогда в прямом эфире столкнулись Р. Никсон и Д. Кеннеди.